Сергей Шмелёв: «Мы не пытались актуализировать «Февраль».

Сергей Шмелёв: «Мы не пытались актуализировать «Февраль».
Время на прочтение: 6 минут(ы)

Договариваясь об очередной встрече, мы с лидером «FM» Сергеем Шмелёвым дружно подметили, что встречаться и подробно говорить, в первые месяцы года, стало у нас уже традицией. Любопытно, что каждый раз появляется для такого разговора повод. Нынче таким стал, проанонсированный группой, выпуск на этой неделе сингла «Февраль». Впрочем, и помимо этого, у нас всегда есть темы, которые хотелось бы обсудить.  

— Давай признаем, что вы не слишком часто балуете публику новым продуктом. Однако в последнее время появились «Малежик» и «Февраль». Такой дозированный подход к выпуску новинок – выбран сознательно?

— Не стал бы говорить, что это так уж специально сделано. Скорее, так получается. Просто, когда начинаешь заниматься планированием, прикидывая, что в конкретные сроки что-то выпустим, так никогда не выходит. К тому же, есть такой момент: вроде бы уже всё, песня готова, ты собираешься её опубликовать, но слушаешь и понимаешь, что ей надо какое-то время, что называется, отлежаться. Чтобы потом послушать «свежим ухом», и что-то непременно поправить. Плюс, и ты это знаешь, я очень скрупулёзно отношусь к аранжировкам, к звучанию, стараюсь «отшлифовать» материал, не выпускать полуфабрикатов.

— Сегодня часто так получается, что к моменту выхода альбома, он уже перестаёт быть актуальным. Все синглы уже выложены, клипы выпущены. Поэтому сам факт получения альбома (тем паче, что происходит это практически исключительно в цифре) – это знакомство с некоторыми подробностями работы над ним и собранные воедино песни, которые ты уже слушал по отдельности. Как ты к такому подходу относишься?

— Да отношусь нормально, спокойно, как к данности. Ну, сложилось сегодня именно так. Ты прав: сначала выходят синглы, потом «картинка» добивается парой-тройкой вещей, которых не слышала публика, по мнению музыкантов, считающимися менее хитовыми. Но (начинает улыбаться – А.), замечу, бывает и наоборот – «выстреливают» песни, от которых этого никто не ждал, на которые никто не ставил. Я уже перестал «фонтанировать» эмоциями по подобным поводам. Опыт показывает – угадать с тем, что будет принято, достаточно трудно. А взгляды музыкантов и слушателей частенько не совпадают. Не будем забывать и про «клиповое мышление». Многие хотят результата, совершив одно движение мышкой: тык-тык, а дальше уже неинтересно. Да и читающих встречаешь всё реже.

— Тем не менее, жизнь продолжается. Днями выходит ваш сингл «Февраль», и это работа кардинально отличающаяся от того же «Малежика». Если «Малежик» — такая ностальгия и шутка, то «Февраль» совсем другая работа. Сложная аранжировочно, сложная по настроению, а ещё и выходящая накануне апреля.

— Не успели. Долго работали с аранжировкой, долго корпели над звуком, чистили всё, правили. В ней много «фишек», много гитар, много всяких придумок и отсылов. Хотелось, чтобы это не аляписто торчало, а сложилось в единое целое, чтобы каждый звук был абсолютно на своём месте.

— Аранжировка – это общий подход?

Изначально, да. Всё происходит следующим образом. Приношу песню, показываю, постепенно она начинает обрастать «подробностями». Но, пожалуй, самое любопытное начинает происходить тогда, когда первый вариант уже готов, и даже иногда показан на концертах (мы, кстати, «Февраль» играли несколько раз), и вот тут он постепенно дополняется, доводится до ума, возникают какие-то новые аранжировочные решения. Что-то приклеивается, что-то, наоборот, отваливается. Это увлекательный процесс.

— Получилась вещь с ярко выраженным настроением. С пульсирующим нервом. Вы даже не говорите, вы кричите о том, что февраль – не просто месяц в календаре, а нечто гораздо большее. Для тебя важно было это подчеркнуть?

Сейчас поясню. Я вообще не очень люблю февраль. Этот месяц оставил у меня много зарубок на сердце. Именно в феврале ушло много близких мне людей. То есть это очень личная история. К тому же, сам февраль ещё и непредсказуем: ты не понимаешь, что тебя ждёт завтра. И это касается и погоды, и настроения. Вроде и зима, часто жёсткая, морозная, а в то же самое время – уже и первые оттепели, показывающие близость весны. Словом, февраль он такой…

— Думаю, стоит сказать, что песня написана давно. Вы не пытались её актуализировать.

Она была написана два года назад. Просто сейчас заиграла новыми красками.

— Жизнь интереснее любой пьесы. Она часто сама подсказывает, что и когда должно появиться на свет. Если говорить непосредственно о «Феврале», то ты писал о том, как ты лично переживаешь время потерь, говоришь о своём понимании мира, застывшего в ожидании весны.

— Именно так. Если слушать внимательно, то там много различных мотивов, «ниточек», просматривается. Здесь и отшельничество, одиночество, да даже любовь. Добрые чувства, которые может быть, у кого-то застыли, и возможно оттают весной. А может этого и не случится никогда.

— Если говорить об аранжировках, то при всей их наполненности интересными ходами и вполне читаемыми отсылами, они складывались в общий «пазл» именно так, чтобы работать на идею.

— Конечно. Все они призваны подчеркнуть те мысли, которыми хотелось поделиться. Возьми те же гитары, которые подчёркивают настроение. Там есть и лирическое звучание и «атакующие» кусочки, и специально придуманные «финтифлюшечки». Плюс вокальные партии, начинающиеся, как некое повествование, а потом, постепенно переходящие буквально во взрыв. Думаю, обратил внимание на возгласы на заднем плане, идущие своеобразным эхом?

— Их трудно не заметить.

Это тоже настроение, такой выплеск боли…

Февраль

— Долго работали над «Февралём»?

— Два месяца.

— Почему такой большой разбег во времени: песня написана давно, а взялись за неё именно сейчас?

Когда начали работать над блоком новых песен, то, безусловно, просматривали записанные «рыбки». И очень быстро решили – начнём с «Малежика», поскольку тут не было никаких сложностей. Требовалось лишь сделать всё с настроением. Поделиться им. С «Февралём», и это все понимали с самого начала, просто быть не могло. Не может быть простой песня, когда ты показываешь, как душа выворачивается наизнанку. Так и получилось: и записывали её достаточно трудно, и гораздо более трудозатратной получилась её «сборка». Постоянно чего-то не хватало. К примеру, крик появился буквально в последний момент, когда Саня Никифоров (руливший процессом записи и сведения – А.), отправил Людвига покричать. И, оп, появился недостающий штрих.

— Вернёмся к текучке.  Гастролей пока больше не становится. Ты частенько выступаешь один. Однако сейчас вы готовитесь к большому сольнику на «Чердаке». И это представляется важным моментом. Поскольку сегодня в городе очень редко группа выходит играть собственные вещи для публики, которая пришла специально их послушать.

Такой выход со своим материалом – сегодня история, которая практически не встречается на нашем пространстве. Наблюдается просто засилье каверов и трибьютов.

— То есть особенный концерт требует и особого подхода?

Конечно. Во-первых, мы планируем показать очень много новых песен.

— Из того, что готовится в альбом, из того, что выходило в виде синглов.

Именно. Причём речь идёт необязательно о премьерах, но о совершенно новом звучании. Например, некоторые песни можно было услышать на «АКУСТИКЕ», но они же игрались совершенно иначе, нежели в электричестве. Появляются другие краски, другой рисунок, да даже настроение становится другим. Мы планируем сыграть порядка 25 песен. Посмотрим по публике, по склеиванию трек-листа,  по атмосфере. Состояние тоже стоит учитывать. Бывают такие моменты, когда понимаешь, что какую-то вещь в этот день ты точно играть не будешь.

— То есть, вовсю готовитесь.

— Конечно. Вот, перед нашей встречей репетировали, целиком прогнали программу. Обратил внимание, что все парни улыбаются. Хороший показатель. Значит, всё идёт, звучит нормально.

— Подошёл к интересному моменту. Трудности с выступлениями пробрели, в силу всем понятных причин, затяжной характер. Как на протяжении уже пары лет мотивировать себя для того, чтобы продолжать репетировать, работать над новым материалом, а, главное, как мотивировать парней?

— Трудно отвечать на этот вопрос. Да и ответа простого не получится. Мне кажется тут несколько составляющих. Одна из которых – наличие внутреннего стержня, не позволяющего сломаться. Потом (задумывается – А.) – я не могу врать. Не могу прийти и сказать музыкантам, что завтра у нас всё будет хорошо. Кто сегодня вообще готов такое пообещать?! Все взрослые люди и всё прекрасно понимают. Да, такое время. Когда совпало слишком много разных причин и обстоятельств.

— Радует, что никто не спрыгнул, группа в форме, в тонусе, в деле.

Моя позиция не меняется. Мы должны быть готовы к тому, чтобы быстро собраться и выходить к зрителю, не растеряв навыков и умений. А это требует постоянной работы.

— Мне представляется, что среди своеборазных «якорей» может рассматриваться постановка понятных, достижимых целей. Таких, как, допустим, выпуск альбома. Вы, кстати, когда им порадуете?

Сроков конкретных для себя не ставим. Но, думаю, непременно выпустим в этом году.

 — «Февраль» — для тебя и для группы можно, по всей видимости, рассматривать и в части окончания какого-то важного периода. Ведь с весной мы всегда связываем какие-то надежды.

— Так у нас и не бывает пустоты. Заканчивается одна история, тут же начинается другая. Если же говорить о самом важном – то, слава Богу, пишутся песни. Сейчас, начав подготовку к концерту в «Чердаке», стал чистить программу, убирая из неё песни, которые вполне вероятно были бы тепло восприняты публикой. Просто я их уже пережил. Не то, что категорически не хочу их играть, просто мне есть что сказать и показать другое. Важное для меня сейчас. Нельзя выходить на сцену, не испытывая эмоций. К тому же мы меняемся, соответственно, меняется и то, что мы делаем. Чувствую, знаю, что мы играем лучше, делаем всё на качественно ином уровне, нежели это было раньше. Иначе бессмысленно было бы заниматься этим делом.

 

Алексей «Алекс» Орлин

Алексей "Алекс" Орлин

Алексей "Алекс" Орлин

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

1
0
0
0
0
0