Отвязная «зелёнка» для солнечного человека

(послесловие к примечательному концерту в филармонии)

 

И ничего не предвещало

 Декабрьский вечер. Пятница. Предпраздничная суета. За окнами маршрутки нет-нет да и мелькнёт какой-то ярко расцвеченный фрагментик пейзажа (ТГУ, «Колесо», кольца), даже рыночно-центральная площадь в сумерках похожа на место, где не только торгуют, но и иногда ещё и празднуют. Особого трафика в сторону филармонии нет. Как нет и особого ажиотажа внутри. Всё чинно. Спокойно. Зал перед концертом Грега Кофи Брауна, куда попадаем после второго звонка, вовсе не заполнен под завязку.  Публика тихо, с соблюдением необходимых приличий, переговаривается. Чуть вносят интриги музыканты той группы из джаз-оркестра, которой предстоит выйти на сцену. Пробегающий мимо саксофонист Сергей «Гоголь» Радаев на вопрос о том, как ему Грег, лишь улыбается, предлагая всё увидеть самим. Ещё более загадочно выглядит Влад Радьков, отметая напрочь все попытки намекнуть на отсутствие с заезжим гостем аутентичного состава. – Будет вполне аутентично, — заверяет Влад, — тоже ускоряясь в сторону гримерки.  Вопрос был задан не случайно. Понятно, что многие гости приезжают  к нам не с оригинальным составом, а работают с коллективами на местах. И тут всегда есть момент совпадения-притирания. Понятно, что кто-то присылает партитурки заранее, что частенько в таких случаях бывает возможность пару дней порепетировать. И всё равно результата, говоря по правде, гарантировать не можешь. Не потому что кто-то плох, а кто-то хорош. Просто сегодня у всех страждущих есть возможность послушать записи музыканта в отменном качестве, и надеяться, что услышанное как-то состыкуется с увиденным.

 Такой была «предстартовая» диспозиция. А вот то, что происходило дальше, сломало все стереотипы ожиданий.

Выплёскивая энергию

 

 Уже само появление музыкантов, особенно части  небывало многочисленной перкуссионной группы в забавных головных уборах, настраивало на возможные неожиданности. Ну а уж сам выход Грега – этакого сгустка позитивной энергии – сразу заставлял улыбаться. Столько в нём обаяния и шарма. А ещё любви. О которой он не боится говорить, которая движет им, которая заставляет в его уже в достаточно зрелом возрасте не просто выходить на сцену, но жить на ней. Предаваясь эмоциям, делясь ими, вовлекая в солнечный, африканский водоворот (сам Грег Кофи Браун родом из Ганы) всех, кто находится в непосредственной близости.

Кстати, всё «коварство» замысла действа, разворачивающегося у нас на глазах, начало доходить до меня не сразу. Ну, да удивило наличие полноценной группы бэк-вокалисток, в состав которой вошли и маститая Ольга Денщикова, и девушки из музыкального колледжа, чего, как вспоминали знатоки, в такого рода концертах (речь о схеме взаимодействия с настоящей звездой) не случалось в стенах филармонии никогда. Ну, конечно, добавляло красок и драйва происходящему присутствие рядом с  Эдуардом Тишиным (барабаны) и маэстро перкуссии Сергеем Кучиным целого «пионеротряда» старательных подмастерьев, самую маленькую из которых было едва видно за спинами товарищей.  Естественно, не могло не обратить внимание, явно пришедшееся к месту, наличие струнной группы  из виолончели и скрипки. А ведь ещё и Радьков, отвечающий в этом составе за бас, периодически менял его на контрабас. И всё же окончательно «пазл» сложился тогда, когда сам Грег рассказал, что это последний его концерт в рамках стартовавшего три недели назад тура. Тут и дошло! Всеми возможными способами музыканты постарались сделать не просто концерт по схеме: приглашённый маэстро у микрофона – местный состав ему подыгрывает, а устроить настоящую «зелёнку» или «зелёный концерт», как называют последний концерт турового проката той или иной программы.

 Полностью утвердил в этом всё тот же Радьков, рассказавший в перерыве, что специально под этот концерт делались аранжировки всех вещей, с учётом того состава, который выйдет на сцену. Для чего, к примеру, привлекли и Ксению Акимову, с которой многие наши музыканты дружны. Напомню, что на таких концертах в ходу – розыгрыши, приколы, самые разнообразные придумки, которые не ходу в рамках обычных туровых заходов. Доводилось слышать истории о том, как барабанщика приклеивали к стулу… да много всяких весёлых «страшилок». На сей раз упор был сделан на необычность подхода именно музыкального. В первую очередь с нашей стороны.

 Между тем, тот, кто не склонен был пока что погружаться в подобного рода изыски, получал удовольствие от сценической истории. Грег берёт зал в оборот сразу. Он потихоньку — от простого к сложному, как по спирали, раскручивает каждую песенку. Активно общается и с залом (исключительно по-английски, и роль переводчика периодически исполняет Радьков), заверяя всех, что все мы родом из Африки, и ведь делает это так, что невозможно в это не поверить. Да и кто знает, откуда мы, в самом деле?! И, разумеется, звёздный гость (как иначе можно называть человека, поигравшего со Стингом?!) показывает мастерское владение голосом – то зависает на высоких, то аккуратненько спускается вниз (не до бархатного баритона, конечно, но до вполне приятственных для слуха частот). Постепенно становилось ясно, почему Грег так подчёркивает свою африканскую принадлежность. Штука в том, что на какой бы номер он не заходил, в нём практически всегда находилось место для разной по времени звучания «тотемной истории». Это могло быть вступление, фрагмент в середине вещи, или ярко выраженный ход в конце, но элементы ритуальных песнопений, живо напоминающих пляски у костра, проглядывают повсюду. При всём жанровом многообразии, а звучали и джаз, и соул, и афробит, и фанк.  Заинтригованная и слегка разогретая публика неожиданно обнаружила, что пришло время слегка передохнуть. И снова, став воспитанной и тихой, растеклась по этажам. Ну и правильно: надо было экономить энергию.

Хороводы и пляски

 

 Настоящая «зелёнка», если уж началась, как правило, разворачивается по полной. К примеру, нет ничего необычного в порванной струне – на живых концертах такое случается сплошь и рядом. Вопрос в том, что происходит во время, когда главный герой вынужден покинуть сцену. В нашем случае – музыканты решили сделать «Sunny» в весьма, стоит признать, оригинальной аранжировке. С вокалом Денщиковой. Получилось не заполнение паузы, а полноценный номер.

 Уж коли заговорили о вокалистах, то нужно отметить всю группу бэков. Очень старались. И петь точно, и попадать в такт движениям на сцене Грега. Последнее, впрочем, практически невозможно, ибо двигается он настолько пластично, что более всего это, пожалуй, напоминает грацию большой кошки, типа пантеры. Предполагаю, что этому нельзя научить. Чтобы так двигаться, нужно родиться в месте, где подобное — органика. Зато возможности проявить себя бэк-группе имелись. В концовочках многих вещей оставлены были паузы, чтобы девушек было слышно, не заглушаемых инструментами. Это было приятно и правильно.

 Сильное впечатление произвёл своей игрой Гоголь. У него работы было вдоволь, причём партии одна сложнее и ярче другой. Серьёзная нагрузка, но и серьёзное удовольствие.

 Отрывался за клавишами Гриша Ляндрес. Очень точен был на гитаре Виктор Мельников. Да и все музыканты, задействованные в шоу, держались на уровне.

Между тем, концерт достиг своей высшей точки. Уже сначала второго отделения Грег постепенно начал призывать публику танцевать вместе с ним. Видя, что его призывы в полной мере не срабатывают, отправился в зал. Причём вовлекал публику в пляски так заразительно и искренне, что постепенно в дело втянулся весь партер! Люди – и стар и млад — не просто танцевали возле своих кресел и в проходах, но начали водить хороводы. Ничего подобного я припомнить на филармонических концертах не могу. В результате, как обычно студенчески-молодая и дерзкая «галёрка», спустившись вниз, тоже влилась в танцующее «море».  Это выглядело настоящим выплеском энергии. Не было в этом ничего натужно-попсового, одна лишь радость от музыки, которая заставляет, забыв о времени, погружаться в ритмику танца.

 Между тем, любая история, как известно, конечна. Подошла к концу и эта. В финале которой, на бис, Грег спел песню, посвящённую празднованию духа мальчика, погибшего на улицах Лондона. И хотя в афроафриканской традиции песня была вполне ритмичной, публика  отнеслась к происходящему с пониманием, постепенно успокаиваясь, возвращаясь на места.

В сухом остатке

 

 Под Новый год, усилиями многих людей, удалось провести концерт из тех, что никогда не повторяются. Как мне представляется, важный для всех его участников – гостя, наших музыкантов, руководства филармонии, зрителей.

Алексей «Алекс» Орлин

 

Фото: Фёдор Быстров

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *